Майор Мельниченко обвинил Ющенко в покушении на свою жизнь

Сегодня Николай Мельниченко зачитал свои «августовские тезисы» в адрес предвыборного съезда партии «Вольных демократов». Обращаясь к Михаилу Бродскому, Дмитрию Выдрину и другим делегатам с больничной койки, Николай Иванович пообещал им и всей Украине, что нынешняя избирательная кампания будет самой аморальной.
Как минимум, по трем причинам. Во-первых, все украинские политики, кроме, конечно, партии «Вольных демократов» - «негодяи и мерзавцы». Во-вторых…

Во-вторых, потому, что «Президент не хочет, чтобы я (Мельниченко) дожил до суда над Леонидом Кучмой. Моя болезнь - это не обычная тяжелая болезнь, а очередная попытка физического уничтожения». Правда, информацию о том, кто, когда и как предпринимал «предыдущие попытки» его убить, бравый майор, видимо, оставил про запас – приберег до президентских выборов-2009.

В-третьих, потому, что г-н Мельниченко, приготовившись отдать жизнь за партию «Вольных демократов», снял с себя все, вплоть до исподнего, в том числе и «моральные обязательства» не использовать свои записи против, надо полагать, Виктора Ющенко. Но надо ли полагать, что и «против Юлии Тимошенко» тоже?

А вот это вряд ли! Хотя бы потому, что в 2004 г., встретившись с Тимошенко в Варшаве, Николай Иванович не просто «передал» ей часть пленок для использования в борьбе против Кучмы, а еще и предлагал ей купить именно ту часть своих записей, где были записаны разговоры Юлии Владимировны и Леонида Даниловича. Как ответила Тимошенко на такое выгодное предложение, согласилась или отказалась, мне неизвестно.

Впрочем, пленки «торговались» не в первый раз. Майор сначала предлагал их Владимиру Сивковичу, потом Игорю Бакаю, потом братьям Суркисам, потом многим другим политикам, прежде чем Александр Мороз предложил за «диктофонные записи» приемлемую для Мельниченко цену. А потом была целая эпопея с участием одного из руководителей СБУ, Петра Шатковского, пытавшегося выкупить если уж не все, то хоть некоторые «нескромные разговоры»… И наконец, знаменитая сделка Мельниченко и Бориса Березовского, о которой во всех подробностях знают все, кому положено по службе. И даже те, кому вообще не положено иметь доступ к информации такого рода!

Однако сегодняшнее заявление Мельниченко еще не значит, что его архив не будет в очередной раз перепродан. Только теперь цена каждой записи будет выражаться не в долларах или евро, а в тех или иных политических преференциях, которые рассчитывают получить «Вольные демократы» до, во время и, главное, после выборов. А иначе расценить заявление майора невозможно:

- Я снимаю с себя ранее взятые добровольные обязательства не обнародовать некоторые материалы морального аспекта, но В ДАЛЬНЕЙШЕМ (выделение мое – авт.) я буду использовать собранные мной факты, не давая пощады НИКОМУ ИЗ НЕГОДЯЕВ И МЕРЗАВЦЕВ от политики, демонстрируя обществу их настоящие лица!

Их настоящие лица

Увы или к счастью, но Николай Мельниченко спохватился поздно. Его архив разошелся по миру в таком количестве копий, что серьезного интереса уже ни для кого не представляет. Ну, разве что, действительно, только в «моральном плане».

Вот, например, запись разговора Евгения Марчука, Виктора Ющенко, Ивана Плюща, Владимира Литвина и Леонида Кучмы за обедом. Слышен звон посуды, сербанье, стук столовых приборов о стол и пр. звуки, которые никак не могли быть записаны на диктофон, спрятанный под диваном…

27 июня 2000 г.

(расшифровка, извиняюсь, языком оригинала)

Кучма, обращаясь к Ющенко:

- При чесному товаристві (декілька слів нерозбірливо). Я не розумію твої кроки в кадровой роботі. Перше: на останньому засіданні координаційного комітету по боротьбі з організованою злочинністю, де ти був, я говорив про вражаючі приклади роботи депозитарію цього через Ющенко у цього самого, у цінних цих паперах. Зловживання, я міг би дати доручення (слово не зрозуміло) заарештувати (слово нерозбірливо). І ти писав таке в листі ж, блядь, для профспілки. У тебе є юрист чи хто, чи нема юриста. Вплоть до розподілу голосів ти замість однієї посади даєш йому три.

Ющенко: Зрозумів…

Кучма: Зрозумів? Ти знаєш, твоя дружина тільки шо була. Проходила тобі (декілька слів нерозбірливо), в приймальні сидить, ну ти хоть за себе подумай, мені до пізди, блядь…

Полный текст расшифровки доступен в разделе «Документы»

А.М.