"В начале было Слово. И Слово было - Бог..."

"Когда я вспоминаю, что Бог справедлив, я содрогаюсь от страха за мою Родину".

Томас Джефферсон

Свобода слова, как свобода беспрепятственно выражать свои мысли, всегда в истории человечества сопутствовала свободе совести и свободе собраний. Такое триединство или, если хотите - Святая Троица демократии (в правильном понимании термина "демократия", конечно), во все времена являлось необходимым и достаточным условием для развития общества.

И наоборот, любое тоталитарное государство, светское или духовное, всегда пыталось ограничить если не все эти свободы, то, в меру своих возможностей, хотя бы их часть.

Ибо что такое свобода совести без свободы собраний?

Что такое свобода слова без свободы совести?

Кому нужна свобода слова, высказанного "на троих", на кухне, тем более, что сегодня это даже не кухня коммунальной квартиры, где практически в любое время дня и ночи самодеятельному оратору могла внимать благодарная аудитория.

Другое дело, что такая "благодарность" зачастую оборачивалась судебным процессом по печально известной 58 статье и осуждением на "десять лет без права переписки".

Но, как это ни странно, в ГУЛАГЕ никто не ограничивал ни свободу слова, ни свободу совести, ни свободу собраний - говори, что хочешь; о чем хочешь; с кем хочешь. Все равно, конец один - безымянная могила и справка о посмертной реабилитации, выданная родственникам тридцать лет спустя.

В том случае, конечно, если родственники - "Члены Семьи Изменника Родины" не успели сгнить в КарЛАГЕ, СЛОНе, ОзерЛАГЕ или иных гнилых местах.

Гнилое место

Именно с "гнилым местом" сегодня можно сравнить государство Украина - на бумаге власть гарантирует все гражданские свободы, а на практике ограничивает их настолько, насколько это возможно.

Сегодня главная забота украинского чиновника - это максимальное ограничение свободы слова. Причина для этого есть только одна - пресса распространяет истины для власти неприятные: рассказывает о злоупотреблениях власть имущих, предает гласности факты коррупции, разоблачает аморальную политику администрации...

А главная "вина" прессы заключается в том, что СМИ пытаются сделать нормой государственной жизни моральную ответственность всех без исключения государственных служащих перед обществом.

Все - президент, депутаты, министры и пр. чиновники за свои действия и поступки должны нести перед обществом в первую очередь моральную ответственность. И только потом - уголовную.

Увы, за все время существования независимой Украины ни моральными, ни даже правовыми нормами власть в отношениях с обществом не руководствуется.

В первую очередь это касается свободы слова. И примеров тому бесконечно множество.

Пример первый . Газетная бумага.

Рынок газетной бумаги в Украине монополизирован. Но не коммерсантами, а политиками.

Накануне президентских выборов 1999г., которые, как известно выиграл президент Леонид Кучма, печатные средства массовой информации были поставлены перед выбором. Или они должны были писать только о том, что было выгодно власти, или, по крайней мере, не печатать ничего, что было бы власти невыгодно. В противном случае Государственный комитет по материальным резервам не удовлетворял заявки газет и журналов на выделение бумаги из своих резервов.

Весной и летом 1999г. под предлогом обновления запасов государственное ведомство отпустило СМИ бесплатно сотни тысяч тонн газетной бумаги. Все, наверное, помнят, что, например, такие многотиражные газеты, как "Киевские ведомости", "Факты и комментари", выходили на бумаге желтоватого цвета, хрупкой и ломкой.

А после выборов, уже в 2000г., Госкомитет по материальным резервам предъявил СМИ ультиматум - извольте расплатиться! "Заплатить" для убыточных украинских СМИ значило "обанкротиться"!

На каких условиях договаривались и договорились с государством о прощении долгов такие газеты, как "Демократическая Украина", "Киевские ведомости" и др. пропрезидентские издания - "тайна сия велика есть".

Хотя бы потому, что никогда после ни одно "официозное" издание об этой истории не вспоминало.

Следует подчеркнуть, что ни одно издание, оппозиционное Леониду Кучме, ничего из запасов Госкомрезерва не получало.

В настоящее время украинский рынок газетной бумаги контролируется такими компаниями, как "Август" (создана и функционирует при помощи бывших работников "Укрбумпрома"), "ИСА" (к этой фирме имеет непосредственное отношение Олег Андреичев, член пропрезидентской парламентской фракции СДПУ(о) и член комитета Верховной рады по вопросам свободы слова) и Жидачивским целлюлозо-бумажным комбинатом.

О последнем следует сказать особо. Это единственное предприятие в Украине, которое производит газетную бумагу.

Так вот, в состав высшего руководящего органа Жидачевского ЦБК входят, наряду с чиновниками уже упоминавшейся государственной холдинговой компании "Укрбумпром", и представители концерна "Славутич", название которого прочно ассоциируется в Украине с именем Григория Суркиса, одного из лидеров СДПУ(о).

51% акций Жидачевского ЦБК принадлежит "Издательству "Киевские Ведомости" а 26% - ГАХК "Укрбумпром".

Учитывая такое положение дел, нет ничего удивительного в том, что газетная бумага в конце 2000 - начале 2001 г.г. подорожала минимум на 25%. И это при том, что в России, откуда в Украину поставляется львиная доля бумаги, цены практически не выросли!

Как скажется это повышение цен на состоянии украинской прессы? Очень просто - тиражи тех газет, которые не смогут договориться с поставщиками бумаги о льготных ценах, упадут до минимума.

О чем может договариваться оппозиционная пресса с государственными компаниями и с пропрезидентской СДПУ(о)?

Пример второй. Полиграфические услуги.

Рынок полиграфических услуг практически монополизирован Государственной акционерной компанией "Укриздатполиграфия". О том, как государство руководит этой отраслью, хорошо известно. Примером тому могут служить:
- попытка увольнения летом этого года директора крымского издательства "Таврида" Николая Невзорова,
- многочисленные отказы государственных типографий печатать оппозиционные издания под надуманными предлогами и т.п.

Идея создать ГАК "Укриздатполиграфия" родилась во властных структурах незадолго до президентских выборов 1999г. Эта инициатива еще в июне 1999г. получила негативную экспертную оценку временной специальной следственной комиссии Верховной Рады Украины.

Тогда эксперты пришли к единодушному выводу, что создание ГАК "Укриздатполиграфии" противоречит ст. 42 и 92 Конституции Украины, Законам Украины "Об издательском деле", "Об ограничении монополизма и недопущении недобросовестной конкуренции в предпринимательской деятельности", "О предпринимательстве", Гражданскому кодексу Украины, целому ряду постановлений Кабинета министров Украины и даже Указам Президента Украины.

Тем не менее, сегодня власть в Украине продолжает следовать традициям тоталитарного государства - держать под жесточайшим контролем полиграфические мощности.

Насколько это утверждение справедливо, иллюстрирует следующий документ. Это приказ председателя Госкомитета по информационной политике Ивана Драча № 71 от 8 августа 2000 года "О неотложных мерах по обеспечению деятельности ГАК "Укриздатполиграфия". В пункте 1.1 приказа говорится, что не предусматривается "...Каких бы то ни было согласований с коллективами и профсоюзными комитетами, ибо издательства, полиграфпредприятия, учреждения и организации являются государственными и их имущество находится в общегосударственной собственности".

Проще сказать, в государственной монополии!

Но есть еще и способ, так сказать, "негосударственного регулирования". Президентом Ассоциации производителей полиграфической продукции Украины сегодня является Михаил Онуфрийчук, депутат Верховной Рады, член пропрезидентской фракции СДПУ(о), бывший заместитель начальника политотдела МВД Украины, бывший глава Госкомитета по охране государственной тайны в прессе и других средствах массовой информации, бывший министр по делам прессы и информации.

Сегодня депутат Онуфрийчук, наверное, по иронии судьбы, занимает в Верховной Раде пост главы подкомитета по вопросам печатных средств массовой информации.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что за последние два месяца расценки на полиграфические услуги выросли в среднем по Украине на 25%!

Как скажется это повышение цен на состоянии украинской прессы? Очень просто - те СМИ, которые не смогут договориться о льготах с государством и с пропрезидентской СДПУ(о) или лишатся доступа к полиграфическим услугам вообще, или будут печататься в небольших частных типографиях, что намного увеличит себестоимость издания.

Высокая себестоимость при маленьком тираже - это верный путь к банкротству любого издания.

Пример третий. Распространение.

Здесь мы сталкиваемся с еще одной государственно-номенклатурной монополией, с "Укрпочтой", которая с советских времен сохранила общегосударственную сеть распространения газет и журналов. Конкурентов у "Укрпочты" сегодня практически нет.

Это значит, что любое издание вынуждено соглашаться только на те условия экспедирования и распространения тиража, которые предлагает государство.

И вот как оно это делает. Любому редактору известно, что такое "процент списания". Это та часть тиража, которая поступила в розничную сеть, но не была продана. На практике считается, что списание 20% тиража - это нормальный показатель.

Но та же практика показывает, что проверить достоверность процента списания нет никакой возможности! По неофициальной информации, процент списания устанавливается чиновниками произвольно и меняется в пользу тех или иных изданий.

Например, тираж газеты "А" продан полностью, а газета "Б", которая не пользуется популярностью, разошлась в количестве всего нескольких экземпляров. Зато издание "Б" поддерживает "реформаторскую политику" Леонида Кучмы, в то время, как "А", напротив, критикует Леонида Кучму.

Нет необходимости говорить о том, что процент списания у газеты "А" будет максимально большим. У газеты "Б" - минимально возможным.

В том же случае, если редактор попробует выяснить в "Укрпочте" реальную величину списания тиража своей газеты, то он вскоре будет волен выбирать любую альтернативную сеть распространения.

Вот как из этой ситуации выходила одна из популярнейших в Киеве газет, которая, кстати, не указывает своего тиража.

Стоит также заметить, что это издание никогда не позволяло себе критиковать Л.Кучму, но предпочитало пространно рассказывать о том, как плохо справляется со своими обязанностями премьер Виктор Ющенко.

Реальный приведенный тираж газеты "Сегодня" 43 500 экземпляров. В экспедирование через "Укрпочту" идет только восемь тысяч, а весь остальной тираж редакция распространяет сама через подписные агентства и, большую часть, через частных торговцев.

Конечно, это огромная сумма неучтенной выручки, конечно, это уклонение от уплаты налогов на гонорар... Но что делать? В противном случае газета в течение месяца становится банкротом!

И обязательно станет, поскольку теперь в киевском метро вы не увидите ни одной раскладки, где бы продавалась пресса!

Иными словами, пусть и не совсем легальная, пусть дурно организованная, но единственная альтернативная государственной система распространения в Киеве перестала существовать.

И газете теперь остается только одно - искать себе спонсора, который в обмен на лояльность к себе лично и к существующей власти, будет в состоянии договориться с государственно-партийной монополией о скидках на бумагу, на полиграфию и на распространение.

Кроме того, спонсору придется еще и ежемесячно дотировать издание, ибо только за счет продажи собственного тиража и за счет размещения рекламы ни одна украинская газета сегодня выжить не может.

Пример четвертый. О журналистской этике.

К сожалению, украинский журналистский корпус оказался не в состоянии противостоять действиям государства по ограничению свободы слова и попыткам превратить прессу в механизм агитации и пропаганды. Это стало возможным по ряду объективных причин.

Все помнят, сколько иностранных корреспондентов в начале 90-х годов работало в Киеве на постоянной основе. С тесного сотрудничества с ними начинали свою карьеру большинство тех журналистов, кто и сегодня продолжает делать погоду в украинском медиа-пространстве,

Стажировки за границей, немыслимо высокие по тем временам гонорары, гранты благотворительных организаций способствовали появлению журналистской элиты - настоящих профессионалов.

Такое положение сохранялось недолго. Когда Украина в одностороннем порядке отказалась от статуса ядерной державы и стала неинтересна Западу, корреспондентские пункты ведущих мировых СМИ в Киеве были закрыты, а принятое Верховной Радой законодательство в области средств массовой информации не дало возможности серьёзным медиа-корпорациям выйти на украинский рынок.

В этих условиях многие журналисты остались без работы. Чтобы выжить одни сменили профессию, другие занялись PR-технологиями, а третьи были вынуждены пойти работать по специальности - в газеты, которые обслуживали либо интересы власти, либо клановые структуры, близкие к той же власти.

Иного выбора не было, поскольку оппозиционная пресса в Украине малочисленна и не может предложить сотрудникам гонорары, соответствующие их профессиональным качествам.

Одновременно в Киеве начали появляться "десанты" из регионов, в состав которых входили достаточно квалифицированные журналисты, способные выполнять ту же работу, что и киевляне, за колоссальные - в сравнении с провинциальными заработками, но за минимальные по киевским меркам - деньги.

Новое поколение журналистов, разделившихся на кланы в соответствии с групповыми интересами владельцев газет, увы, оказалось не в состоянии усвоить такие понятия, как "журналистская солидарность" и "корпоративность интересов". А их старшие товарищи, те, кто действительно мог повести за собой молодежь, к этому времени, за редким исключением, либо устали от бесплодной борьбы в одиночестве, либо продались власти за киевские квартиры и эксклюзивные зарплаты.

Полностью же украинский журналистский корпус разложили парламентские выборы98 и президентские-99. Ни для кого не секрет, какие задолженности по заработной плате были накануне октября-99 в телекомпаниях и газетах. Даже сотрудники наиболее преуспевающей "Студии 1+1" полгода не видели денег. В Киеве журналисты натурально голодали и работали, что называется, за страх (ведь о совести многие из них давно уже позабыли). Складывалось впечатление, что владельцы медиа-структур попросту сидят на чемоданах...

Однако на выборах победил Леонид Кучма, и задолженности по зарплате в большинстве СМИ постепенно погасили. Но страх остался, и в первую очередь это был страх потерять работу. А в особо крайнем случае - даже жизнь. Ведь многие из тех, кто не мог или не хотел смириться с тем, что им не дают возможность исполнять свои профессиональные обязанности, ушли не только из журналистики, но и из жизни.

Те же, кто остался, составили уникальную в мировой практике профессиональную группу "оппозиционных журналистов". Само это понятие - не только нонсенс, но и бред. Нормальный репортёр - всегда в оппозиции. Как только это качество утрачивается, журналист начинает превращаться в пропагандиста. А это - уже другая профессия, предусматривающая наличие самоцензуры.

Подчинившись власти и олигархам украинская журналистика приучила своих хозяев к тому, что репортеры - это всего лишь безропотные исполнители чужой воли, положившие свой талант на алтарь безнравственности. Их заработная плата стала теперь зависеть только от того, насколько умело, они могут обслужить своего заказчика.

Таким образом, украинские журналисты за редким исключением стали полностью оправдывать свою принадлежность к одной из древнейших профессий, а зависть репортера телекомпании ТРК "Киев" к коллегам с ТСН или СТБ стала похожа на зависть вокзальной проститутки к ее валютной подруге.

В заключение

Этот краткий очерк о том, есть ли в Украине свобода слова или нет, убедительно доказывает, что правильным ответом на этот вопрос будет слово "Нет", как нет в Украине свободы совести и нет свободы собраний.

Последние события в Харькове, где милиция с применением силы разрушила палаточный городок участников акции "Украина - без Кучмы!", яркое тому доказательство.

Трагические истории Вадима Бойко, Марьяны Черной, Георгия Гонгадзе и других журналистов - горькое тому подтверждение.

И президент Украины Леонид Кучма не может этого не понимать, иначе бы он в припадке редкой откровенности не сказал бы недавно следующее:

"Государство никогда не сможет реализовать свою миссию, когда его политику в значительной степени определяют те или иные лица и группы, исходя из корпоративных интересов и целей, когда влияют на законодательные и правоохранительные органы, судебную практику, центральные и местные управленческие структуры и средства массовой информации."

Эти слова были произнесены 16 ноября 2000г., т.е. на следующий день после того, как Алена Притула, Людмила Добровольская и Лавренитий Малазония - известные украинские журналисты - опознавали "таращанский труп".

Верх цинизма, не правда ли?

Александр Матюшенко
Иван Глинка

"Укринформбюро"